Расширенный поиск

Краткий обзор ключевых российских законов об использовании интернета, принятых с момента переизбрания Путина в президенты в 2012 году, опубликовала журналист Оливия Солон в BloombergBusiness.

Поводом стал т.н. “Закон о локализации персональных данных россиян на территории РФ”, вступивший в силу 1 сентября 2015 года. Правозащитными организациями, по ее словам, он назван “очередной удавкой, наброшенной на свободу интернета” (перевод InoPressa.ru).

Ноябрь 2012 года: вредный для детей контент

“Номинально данный закон был создан, чтобы вносить в черный список сайты с детской порнографией и пропагандой наркомании или самоубийств. Критиков закона, опасающихся злоупотребления им, законотворцы обвинили в принадлежности к “педофильскому лобби”, — сообщает Солон и напоминает, что данный правовой акт стал обоснованием для многочасовой блокировки GitHub за единственную шутку о суициде и временного закрытия Википедии за статью о марихуане, якобы дающую слишком много информации.

Июнь 2013 года: “пропаганда” гомосексуальности

“Этот российский федеральный закон создан в целях защиты детей от контента — размещенного в интернете и не относящихся к нему источниках, — популяризирующего нетрадиционные сексуальные отношения или распространяющего “искаженное представление о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных брачных отношений”, — напоминает автор.

Август 2013 года: сетевое пиратство

“До 2012 года российский интернет кишел пиратскими фильмами и музыкой, к большому ужасу их создателей. Сегодня российское законодательство подразумевает, что веб-сайты с пиратским контентом могут быть заблокированы поставщиками интернета, если в течение 72 часов не выполнят требование о его удалении”, — говорится в статье.

Июль 2014 года: экстремистский контент

“В целях борьбы с терроризмом Россия запретила экстремистский контент или любые попытки организовать посредством сети “экстремистское” мероприятие. Данный закон подразумевает суровое наказание, в частности, штраф в размере 500 тыс. рублей (7500 фунтов) или восемь лет за решеткой”, — сообщает Солон и напоминает, что экстремистским контентом были признаны интервью с “бойцами украинского сопротивления”.

Апрель 2014 года: анонимность блоггеров

В соответствии с данным законом, анонимность более недоступна блоггерам, которых читает более 3 тыс. человек в день. “Некоторые блоггеры и платформы нашли способы, позволяющие маскировать счетчики посетителей страницы, чтобы попытаться обойти этот закон”, — отмечает автор.

Май 2015 года: “нежелательные организации”

Данный закон, основанный на присвоении политическим НКО, получающим финансирование из-за рубежа, юридического статуса “иностранных агентов”, “идет еще дальше: запрещает группам, внесенным в черный список, вести деятельность в стране”, сообщает Солон. За воспроизведение любых материалов, опубликованных этими организациями, СМИ могут быть наказаны.

Сентябрь 2015 года: запрет на хранение данных о русских пользователях за рубежом

Данный закон “создает огромные сложности для американских компаний, таких как Facebook, Google и Twitter, предпочитающих хранить данные на серверах, расположенных за пределами РФ”, отмечает автор.

“Россия настаивает, что данный закон продиктован желанием защитить частную жизнь ее граждан, вызванным откровениями о том, насколько всеобъемлющ мониторинг АНБ США. Однако переводя сервера в Россию, компании рискуют попасть под более пристальный надзор российских спецслужб. В рамках программы мониторинга российское законодательство обязывает провайдеров устанавливать шпионские “черные ящики”, — говорится в статье.

Январь 2016 года: неугодные политикам ссылки

Российская версия “закона о забвении” обяжет поисковые системы удалять указанные им ссылки под угрозой штрафа в 3 млн рублей (45 тыс. долларов). Как отмечает Солон, от европейского аналога данный правовой акт отличается тем, что в соответствии с ним “публичные личности смогут требовать удаления ссылок из результатов поиска, и формулировки [возможных обоснований для этого] туманны”.

Об авторе

Digital Report

Digital Report рассказывает о цифровой реальности, стремительно меняющей облик стран Евразии: от электронных государственных услуг и международных информационных войн до законодательных нововведений и тенденций рынка информационных технологий.

Написать ответ

Send this to a friend

Перейти к верхней панели