Расширенный поиск
Разработчики приложений и интернет-предприниматели Узбекистана поделились с Digital.Report своим взглядом на перспективы формирования «Кремниевой долины» в стране, власти которой известны не только своими ограничительными онлайн-практиками, но и поддержкой инициатив по созданию национальных интернет-ресурсов.

Контролируемое развитие

Правительство Узбекистана рассматривает сферу информационных технологий как одну из приоритетных для диверсификации экономики, инвестируя в инфраструктуру и поощряя местных специалистов к разработке сайтов и приложений для отечественного рынка.

Для властей страны, считающейся одной из самых репрессивных в плане свободы интернета, это может казаться нелогичным. Однако, акцент на местные информационные продукты при жестком ограничении доступа на внешние ресурсы (единственным оператором, имеющим доступ к магистральным сетям, является госкомпания «Узтелеком»), фильтрации контента и даже блокировании отдельных приложений, имеет свой резон.

Создание «интранета» в национальном масштабе с местными заменителями международных соцсетей, видеохостингов и даже поисковиков в рамках TAS-IX – национальной сети обмена данными – позволяет иметь больше контроля над населением (анонимная регистрация в большинстве узбекских соцсетей невозможна), формально предлагая ему почти те же сервисы и поддерживая «отечественного производителя».

В последние годы, впрочем, рынок продемонстрировал пробелы в таком подходе. Хотя отдельные ресурсы (особенно работающие с «тяжелым» контентом, таким как видео) по-прежнему пользуются популярностью, многие социальные сети, копировавшие дизайн и базовые функции Фейсбука, Твиттера и российских Одноклассников, не стали успешными среди узбекских пользователей и потеряли актуальность.

«В последние годы не слышно о создании узбекистанских клонов популярных соцсетей и онлайновых сервисов. Похоже, что власть пыталась переориентировать пользователей на собственные, полностью контролируемые, социальные сети, но пользователи не захотели такой замены», — говорит журналист Василий Марков в интервью DR. «Сейчас государство применяет более грубый, но и более привычный ему метод блокировок, видимо, отказавшись от создания своих фейсбуков и твиттеров», — добавляет он.

В прятки с государством 

Возможно, поэтому многие профессионалы рынка довольно скептически оценивают состояние и перспективы узбекской «Кремниевой долины». «Узбекские программисты талантливы и по своим способностям могут конкурировать на мировом рынке труда, но тут очень мало людей, владеющих опытом создания программных продуктов на экспорт», — говорит С., владелец ташкентской IT-компании, пожелавший скрыть свое имя. «В основном, все работают по фрилансу, либо делают «клоны» западных продуктов на местный рынок», — добавляет он.

«Про государственную поддержку говорить смешно, потому что программисты скорее прячутся от государства, чем рассчитывают на его помощь», — продолжает С., но признает положительную роль образовательных инициатив, которые часто проходят при поддержке государственных структур.

Только в текущем году в Ташкенте было проведено несколько Хакатонов, включая один по открытым данным, где разработчикам, под началом менторов, предлагалось создать проект с нуля. Другой пример эффективной поддержки государством сектора и его энтузиастов — проект intellect2all.uz, организованный государственным фондом поддержки молодежи. Как минимум, три команды из двадцати с этого мероприятия будут участвовать в Eurasia Mobile Challenge, говорит Шахруз Аширов, интернет-предприниматель из Ташкента. «Хорошо, когда деньги идут на конкурсы, тренинги», — подчеркивает он.

Интересным проектом IT-инкубатора является Startup Factory, в котором Аширов также выступает одним из менторов. «Отрасль формируется, создан каталог разработчиков Software.uz, есть льготы для компаний-разработчиков ПО, регуляторы и законодатели поддерживают развитие, но процесс идет не быстро», — говорит Евгений Скляревский, Сотрудник Центра UZINFOCOM и автор проекта myTashkent.uz. «В Узбекистане отличная математическая школа, и специалисты ждут, когда сформируется отрасль и инфраструктура».

Пока же многие эксперты и бизнесмены в сфере IT ориентированы на экспорт и разработки для зарубежных заказчиков. Идею создания национальных аналогов мировых сервисов они считают неконструктивной. «Нас всех хотят удерживать в рамках TAS-IX, а надо бы, наоборот, интегрироваться», говорит С.

Ожидания и надежды

Eurasia Mobile Challenge, конкурс мобильных приложений для молодежи постсоветских стран, проводится компанией Вымпелком, работающей на рынкх этих государств под брендом «Билайн». Задача – создать инновационное мобильное решение для предоставления новых возможностей для населения или преодоления проблем, с которыми могут сталкиваться пользователи. По словам главного технического директора VimpelCom Ltd Йогеша Малика, инициатива призвана «способствовать развитию предпринимательской экосистемы для реализации коммерческих возможностей в будущем». Финалисты будут отобраны жюри в Москве, а победители отправятся на конкурс Global Mobile Challenge в рамках Всемирного конгресса мобильной связи в Барселоне в феврале 2016 года. По ожиданиям экспертов, в этом году на Eurasia Mobile Challenge узбекские разработчики, скорее всего, представят приложения с использованием дополненной и виртуальной реальности.

Сардор Шаахметов, стартапер из Ташкента, говорит, что знаком с несколькими интересными проектами и если команды успеют создать прототипы, то шансы пройти в полуфинал у них будут. В числе успешных местных приложений Шаахметов называет узбекский аналог Uber и «МойГород», карту с функцией прокладывания маршрутов для всех видов публичного транспорта (GoogleMaps на сегодня предлагает маршруты только для автомобилей). Другие популярные приложения — большинство из них появились в последний год — карпулинг Довезу.уз, «Помощник» для вызова мастеров по ремонту, Carwash для вызова автомойщиков, система мобильного банкинга CLICK и сервисы продажи билетов.

Что из этого может «выстрелить» на мировом уровне, пока сказать трудно. «Но на региональном уровне целина непаханая — полно незанятых ниш и полное отсутствие конкуренции», считает Скляревский. По словам Ораза Абдуразакова, руководителя PR-службы узбекского «Билайн», «Помимо огромного потенциала и колоссального желания, у наших участников на Eurasia Mobile Challenge есть действительно отличные идеи, которые зачастую носят не местный, а универсальный характер».

Особо Абдуразаков отмечает «Кнопку SOS», которая, будучи активированной, рассылает запрограммированные сообщения по списку экстренных контактов, приложение, которое отслеживает движение общественного транспорта, сервисы планирования путешествий и почтовой доставки посылок. «Каждая программа интересна по-своему, и после доработок конкурсные работы станут еще лучше», надеется он.

Чего стартаперы ждут от государства

Ташкентский IT-предприниматель М. пессимистичен в ответах на вопросы о перспективах рынка и в оценках эффективности господдержки. «[Власти] не заинтересованы и просто не способны — все, что им нужно, это отчитаться. Налоги для программистов доходят до 56%, а льготы только до 2%. Ни один конкурс реально ничем не кончился», сокрушается он. «Заинтересованность властей, если не учитывать декларации, низкая. Даже на Саммит ИКТ [ежегодная отраслевая конференция в Ташкенте] никто из госсектора не пришёл». По его словам, если у разработчиков получается создать успешный продукт, происходит это вопреки, а не благодаря государству.

Одной из ключевых проблем он называет тупиковую ситуацию с оплатой и растаможиванием ПО для продукции Apple. «А как разместить свое приложение в iTunes?», задается М. риторическим вопросом, добавляя: «И как получать за них потом деньги?». На сегодня узбекская банковская система и нормативно-правовая база не позволяют гражданам в полной мере пользоваться карточками, деноминированными в сумах — например, в магазинах мобильных приложений. Валютные банковские карточки крайне слабо распространены в стране, власти которой сохраняют жесткий контроль над обменным курсом.

Другие специалисты не так критичны и склонны видеть корень проблемы скорее в чрезмерном государственном регулировании. По словам Шаахметова, «от государства требуется помощь в создании благоприятной инфраструктуры — снижение тарифов на интернет, высокая скорость, полное внедрение электронных платежей. Этого уже будет достаточно для роста количества и качества приложений и сопутствующих технологий», считает стартапер.

С. соглашается с молодым коллегой — нужно большее разнообразие банковских онлайн-услуг и больше конкуренции на рынке магистрального доступа к интернету. «Пока мы смотрим в зарубежный интернет через дырку в двери, на очень низких скоростях, нормально работать в сфере ИКТ очень сложно», — говорит он.

С другой стороны,Скляревский предлагает оптимистичный взгляд на ситуацию: «Широкое проникновение интернета, стопроцентное распространение смартфонов среди молодежи, которая составляет около половины всех граждан Узбекистана, дает рыночный простор для массового внедрения разных технологий».

Аширов, в свою очередь, ожидает от государства внедрения доступного и скоростного спутникового доступа к интернету. До 2020 года Узбекистан планирует вложить 883,7 млн долларов в улучшение инфраструктуры доступа к интернету, включая расширение магистрального канала с увеличением скорости передачи данных в 20 раз. «Но главное, нашим ребятам нужно больше информации и опыта о том, как делать продукты, а не просто писать код на заказ», — говорит он.

Об авторе

Адиль Нурмаков

Кандидат политических наук, преподаватель Департамента медиа и коммуникаций в Университете КИМЭП (Алматы, Казахстан). Исследовательские интересы: новые медиа, интернет, гражданское общество, демократизация.

Написать ответ

Send this to a friend
Перейти к верхней панели