Расширенный поиск

Объем российского рынка онлайн-торговли приближается к 1 трлн руб. Наиболее активно развивается сегмент трансграничной торговли, который на сегодня составляет около 1/3 отечественного e-commerce и продолжает расти примерно на 30% в год. Интернет-ритейлеры бьют тревогу: через 2 года на российском рынке будут продаваться исключительно китайские товары. Законодатели пытаются бороться с зарубежными онлайн-гигантами, а заодно и с отечественными агрегаторами товаров и услуг.

По данным Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ), в 2016 году российский рынок онлайн-ритейла вырос на 21% до 920 млрд руб. Таким образом, по мнению экспертов, уже в текущем году он может преодолеть планку в 1 трлн руб. (примерно $17,7 млрд по курсу ЦБ РФ на 6 июня 2017 года – 56,6 руб. за $1).

Наиболее активно развивается сегмент трансграничной торговли – его рост по итогам прошедшего года составил 37% по сравнению с 2015 годом, а объем достиг 301,8 млрд руб., или 33% всего российского рынка e-commerce.

В 2011 году на территорию РФ поступило 10 млн международных почтовых отправлений, в 2016 году – 225 млн, а за январь-февраль 2017 года – уже 40 млн, рассказал участникам дискуссии «Интернет и закон», организованной ИД «Коммерсантъ», Руслан Давыдов, первый заместитель руководителя Федеральной таможенной службы (ФТС) России. 80% всей входящей почты поступает в Россию из Китая.

Наиболее популярен в России Aliexpress – в январе 2017 года число уникальных посетителей его интернет-страницы, по данным АКИТ, превысило 22 млн человек. При этом в денежном выражении стоимость товаров, полученных из Поднебесной, составляет лишь 52% совокупного рынка трансграничной интернет-торговли, что свидетельствует о невысоком среднем чеке. По мнению президента АКИТ Алексея Федорова, такими темпами через 2 года на российском рынке будут продаваться исключительно китайские товары.

Все на борьбу с онлайн-гигантами

Основной проблемой рынка трансграничной торговли, по словам Анатолия Голомолзина, заместителя руководителя Федеральной антимонопольной службы (ФАС) РФ, являются существующие сегодня неравные условия для онлайн- и офлайн-продавцов, работающих на международном и внутреннем рынках. Речь идет, в первую очередь, о порядке уплаты ими НДС, который регулируется соглашением таможенного союза «О порядке перемещения физическими лицами товаров для личного пользования через таможенную границу таможенного союза и совершения таможенных операций, связанных с их выпуском» от 18 июня 2010 года. Этим соглашением предусмотрено, что все товарные поставки из-за рубежа декларируются как товары для личного пользования и не облагаются НДС и пошлинами в случае, если по стоимости не превышают 1000 евро или 31 кг веса в месяц на человека. По данным АКИТ, к этой категории относится 99,5% товаров, заказываемых россиянами из-за рубежа.

Проблема уплаты НДС при трансграничных продажах уже обсуждалась на заседаниях международных групп стран-членов G20 и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР, Organisation for Economic Co-operation and Development, OECD). В результате был разработан и согласован 47 странами «План по противодействию размыванию налоговой базы и выводу прибыли из-под налогообложения» (BEPS), которым предусмотрено взимание НДС с каждой товарной поставки по месту формирования прибыли. Сегодня при ФАС создана рабочая группа, которая занимается подготовкой соответствующих предложений для российского сегмента электронной торговли. «Мы уже вышли на этап детальной проработки, в течение полугода появятся конкретные предложения», – говорит Голомолзин.

Условия торговли на российском рынке

Условия тороговли на российском рынке

Источник: АКИТ, 2017

По словам Марка Завадского, директора по развитию бизнеса Aliexpress в России, продавцы сервиса платят налоги в Китае, оплачивают и доставку, и российский НДС при доставке. В случае, если российские законодатели решат взимать с работающих на площадке продавцов еще один НДС, они окажутся в условиях двойного налогообложения. «Вместо того чтобы пытаться ограничить работу Aliexpress  в России, лучше задуматься о том, как встроить новый вид торговли в уже имеющееся российское законодательство и сделать так, чтобы российская экономика получала от этой торговли больше выгоды, чем она получает сейчас», – говорит он.

В защиту крупнейшего китайского онлайн-ритейлера выступает также Дмитрий Янин, руководитель Международной конфедерации обществ защиты прав потребителей. Популярность Aliexpress в России вызвана, в первую очередь, низкими ценами на предлагаемую продукцию, прекрасно организованной системой доставки и гарантиями, которые компания предоставляет своим покупателям. Вместо того, чтобы пытаться ограничить ее деятельность на российском рынке, считает спикер, лучше заняться приведением российского закона о защите прав потребителя при совершении покупок через интернет в соответствие мировому. Например, в России покупатель может отказаться от купленного дистанционным способом товара в течение 7 дней, в то время как в Европе ему дается на это 14 дней. «Если российские интернет-магазины хотят выходить на мировой рынок, они должны работать по установленным там правилам», – подчеркивает Янин.

По словам Давыдова, на сегодня попытки законодательного регулирования интернет-торговли направлены на создание равных условий для всех игроков этого рынка. Так, статистика ФТС говорит о том, что при существующем пороге беспошлинного ввоза в 1000 евро в страну поступают не только товары для личного пользования, но и товарные партии для дальнейшей перепродажи. И именно с ними государство и намерено бороться. Не менее важной задачей, по словам замруководителя ФТС, является упрощение процедуры трансграничных продаж для российских онлайн-магазинов. Сегодня ведомство совместно с ФНС работает над переводом в электронный вид процедуры подтверждения НДС и факта, что почтовое отправление покинуло территорию России. Новые правила могут заработать уже в конце 2017 – начале 2018 года.

Все более актуальной становится проблема нерыночного поведения некоторых игроков цифрового рынка. По словам представителя ФАС, сегодня ситуация возвращается к той, которая была 50-100 лет назад, когда развитие мировой экономики определяли мировые гиганты. «Критерий доминирующего положения на рынке сегодня – это доля от 35% до 50%, – говорит эксперт. – Но для цифровых компаний определить ее довольно сложно. Например, для традиционной розницы можно посчитать долю на национальном рынке. Но для электронной торговли необходимо учитывать еще и показатели на внешнем рынке». По его мнению, странам Евразийского экономического союза (ЕАЭС) необходимо вырабатывать совместную позицию по этому вопросу.

Агрегаторы против интернет-ритейлеров: горе от ума

Еще одной горячо обсуждаемой темой российского рынка онлайн-ритейла является роль и ответственность товарных агрегаторов. 9 марта 2017 года правительство России одобрило разработанные Роспотребнадзором поправки в закон «О защите прав потребителей». В нем появилось определение агрегатора товаров и  услуг как организации, предоставляющей возможность потребителю с помощью своего сайта ознакомиться с информацией о товаре, заключить договор купли-продажи с продавцом и оплатить его услуги. Также законодатели сделали попытку определить ответственность агрегатора и непосредственного продавца за предоставление потребителю недостоверной информации о товаре и прописать, в какие сроки и кто из них должен возместить ущерб.

Вскоре после передачи законопроекта в Государственную Думу на заседании комиссии Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) по связи и информационно-коммуникационным технологиям интернет-омбудсмен Дмитрий Мариничев предложил «умножить закон на ноль». По его словам, для принятия данного законопроекта нет никаких предпосылок.

С мнением интернет-омбудсмена согласен Сергей Кучушев, заместитель директора юридического департамента «Яндекс». «Мы создаем законодательство, которое делает магазин зависимым от товарного агрегатора, а агрегатор – от магазина, – говорит он. – Например, если агрегатор исказил цену товара, то магазин должен продать его покупателю по цене агрегатора. А если магазин ошибся в цене, но затем отказался заключить сделку – отвечает агрегатор». «Когда этот закон возник, первое ощущение было – горе от ума! Проблемы, которую он пытается регулировать, просто не существует!» – восклицает Кучушев.

По словам Янина, во всем мире регуляторы борются за то, чтобы онлайн-продавцы не навязывали покупателю допуслуги, чтобы человек мог передумать совершать покупку, чтобы агрегаторы выводили информацию о продавцах по-честному и, подсвечивая название кого-нибудь из них, указывали, что делают это в рекламных целях. Все эти меры направлены на обеспечение конкуренции на рынке. «Мы решаем вопросы, которые не подтверждаются судебной практикой, – говорит Янин. – Никто в мире не пытается возложить на агрегаторов такую ответственность!»

«Понятие агрегатора и сферы его деятельности должно быть закреплено не в отраслевом законодательстве и не в законах, регулирующих правоотношения, а в законе «Об информации», – уверен Голомолзин. – Однако это не должно иметь никаких правовых последствий, поскольку если мы зарегулируем информацию, то вместо динамичного развития рынка получим сплошные проблемы и ограничения».

По сути, торговый агрегатор – это новая сущность, цифровая платформа, которая должна стать одной из важнейших составляющих цифровой экономики. Рынки с участием цифровых платформ коренным образом отличаются от привычных нам рынков «продавец-покупатель» в первую очередь тем, что они двусторонние – продавец общается с платформой, а платформа с потребителем. И все существующие сегодня законы требуют адаптации к новым цифровым условиям развития.

Об авторе

Наталья Рудычева

Работает в ИТ-журналистике более 10 лет. Специализируется на освещении событий в сфере информатизации государственного сектора. Автор многочисленных публикаций как новостного, так и аналитического характера. Принимала участие в подготовке исследований по заказу государственных ведомств и крупных компаний, создании и контекстном наполнении сайтов органов государственной власти.

Написать ответ

Send this to a friend

Перейти к верхней панели