Расширенный поиск

По данным Союза компаний информационных технологий (UITE), сегодня в ИКТ-отрасли Армении около 3 000 вакантных мест. Чтобы их восполнить, UITE совместно с компанией Instigate Training Center, занимающейся образовательными программами и неформальными формами обучения, запустил проект Real School. Программа предполагает радикальное изменение системы образования в стране. Цель проекта – обеспечить связь студентов с ИКТ-сектором, но не в ущерб общему образованию. Минобразования выдало лицензию на пилотную программу – она уже стартовала в одной из школ Еревана в сентябре прошлого года. Основатель Instigate и один из авторов проекта Ваагн Погосян рассказал Digital.Report, почему айтишников надо учить искусству и что надо менять в армянской системе образования, чтобы восполнить дефицит ИТ-специалистов.

Digital.Report: Как сегодня работает система образования в Армении?

Основатель Instigate и один из авторов проекта Real School Ваагн Погосян

Основатель Instigate и один из авторов проекта Real School Ваагн Погосян. Источник: be-armenia.com

Ваагн Погосян: Сегодня в Армении образовательная система такая: девять лет средней школы, три года старшей, четыре года бакалавриата и дальше магистратура, кто захочет. В Советской Армении было по-другому. Эти 12 лет школьного обучения соответствует 10-летней школе времен СССР. Концепция изменилась после того, как Армения подписала Болонскую декларацию, подразумевающую создание в Европе единого учебного пространства. Чтобы кредитная система позволяла легко переходить из вуза одной страны в вуз другой, она была стандартизирована по Болонской модели. Но во время стандартизации мы допустили ошибку – нам следовало взять за основу не 10-летнюю программу обучения, а 9-летнюю. Если бы мы не повысили число лет (с 10 до 12), а, наоборот, понизили (до 9), тогда наши ребята получили бы хорошее специальное образование раньше – девочки в 18-19 лет, а мальчики после армии, в 21 год. То есть мы выиграли бы несколько лет. На Армянском нагорье так издавна и было: к тому моменту, когда у мужчины начинала расти борода, он уже содержал семью – в отличие от европейцев, которые до 40 лет карьеру строят. К нам, бывает, приходит взрослый мужик и спрашивает, есть ли у нас место для интерна. Хочется спросить его: «Где ты был последние 10 лет?».

Есть ли данные, сколько людей с высшим образованием нужно обществу?

Среднестатистически, в обществе около 2-3% людей, которым ВУЗ послужил по назначению — они стали учеными, 30% — с высшим образованием и 60% тех, кто получил хорошее среднее образование. Они идут обратно в индустрию, потеряв лучшие годы своей жизни на безуспешную попытку пойти в науку. А у нас, к тому же, большой процент брака — больше половины вообще нормально не учится. В ИКТ-индустрии как раз такая потребность – примерно 60% наших сотрудников не доучились в институте, так как мы их забрали с 3-го курса ВУЗа. Мы хотим вот этим 60%, которые уже сегодня не идут в институт, предложить получить образование в нашем училище – это, с одной стороны, поможет им стать полноценными гражданами и занять достойное место в обществе, с другой – восполнит дефицит в ИКТ-индустрии. Если вкратце, то цель нашего проекта – не прерывать образование студента с середины, а брать в отрасль подготовленный кадр, который в то же время будет образованным человеком.

В чем, на ваш взгляд, проблема современной армянской системы образования? Почему ее надо менять?

Проблема в том, что сегодня старшие классы используются не по назначению – в 10-м, 11-м, 12-м классах ученики, как правило, готовятся к поступлению в институт. Институт, в свою очередь, тоже используется не по назначению – мы, айтишники, с третьего курса забираем на работу самых лучших. Учиться остаются самородки, которые хотят заниматься наукой – такие обычно потом уходят за границу. В итоге остается большой пласт тех, кто оказывается ненужным ни науке, ни обществу. Если бы они не тратили три года в старших классах на ненужную подготовку к поступлению в ВУЗ, а ушли бы после 9-го класса в нашу школу, приобрели бы больше, чем сейчас.

Традиционная школа перестала давать общее образование и воспитывать полноценного гражданина. Полноценный гражданин современного общества должен быть знакомым не только с современной цивилизацией, но и с историей во всех ее аспектах. Сегодня школьников не учат искусству, философии, морали, риторике – все это игнорируется. Предметы классической школы сейчас, в эпоху индустриализации и потребительства, выброшены из системы общего образования, как думают люди, за ненадобностью. Но это не так. Именно из-за этого у нас сегодня отсутствует способность творчески мыслить – а это необходимое качество для ИКТ-сферы. Сегодня ученик попадает прямо в XXI век со своими гаджетами. Он только умеет айфонами пользоваться и получать высокую зарплату. Он становится человеком без прошлого.

Как вы предлагаете перестроить образование под нужды ИКТ-сектора?

Первые полтора-два года нашей школы, в основном, уделяются для усвоения общеобразовательной программы, остальное время уделяем образованию по выбранной специальности. Большинство педагогов – руководители ИТ-компаний, инженеры, ведущие программисты. Но это не ПТУ в привычном понимании – это программа быстрого, или короткого бакалавриата. Это модель progressive education – сочетание теории и практики. За первые два года мы замечаем, кто созрел, а кому лучше еще подумать. Вообще, считается, что человек начинает понимать мир примерно к 21 году. Именно тогда лучше всего принимать решение о том, чему посвятить жизнь или хотя бы ближайшие 5-10 лет. Школа уже начала работать по лицензии пилотной программы Минобразования. Класс из 22 десятиклассников проходит обучение по нашей системе. В следующем году ожидаем набор до 200 человек. Надеемся получить полную лицензию и здание.

В чем принципиальное отличие вашей системы обучения от традиционной?

В нашей школе обучение процесс обучения построен по матричной структуре, в которой есть вертикальные сферы деятельности и горизонтальные специальности. Мы не спрашиваем наших учеников, кем ты хочешь стать – математиком, химиком или экономистом. Мы спрашиваем – какой области ты хочешь помочь. Экономике своей страны? Обороне? Может, культуре? Что тебе не нравится в стране или мире, что бы ты хотел изменить? Не нравится, что дельфины, как вид, исчезают? Давай изучать, почему это происходит. Ученик начинает учить географию, физиологию, правовую систему. Так, из одной отправной точки разматывается нить клубка обучения. При этом он не говорит – я юрист, или я физиолог, или я биолог. Как вариант, можем предложить ему работать над проектом, предоставленным компанией-спонсором – например, разработать систему вентиляции, в которой воздух не циркулирует внутри, а входит снаружи, перекачивает энергию из выходящего, чтобы шел свежий воздух. Тут есть все – и физика, и экономика, и ИТ-компонент, и маркетинг, и пиар.

Ваш проект предполагает радикальное изменение системы образования. Готова ли армянская школа к такой перестройке?

Есть такая теория пассионарности Гумилева. Согласно ей, на первой ступени человек может содержать семью, на второй – он, кроме этого, может также сделать что-то полезное и нужное для общества. По Гумилеву, после войны пассионарность идет на спад. У нас сейчас как раз период упадка пассионарности. Но к тому моменту, когда он закончится, нужно иметь почву, готовую для изменений в стране и в системе образования, в частности.

 

Об авторе

Яна Исраэлян

Журналист, редактор (Тбилиси, Грузия). Окончила Школу Журналистики при «Радио Свобода» и Школу медиа-менеджмента (Киев). Изучает политологию на магистратуре в грузинском Государственном университете Ильи. В разное время работала на телевидении и радио, в газетах и журналах. В 2008 году получила приз UNFPA в номинации «Лучшая статья». Сотрудничает с рядом местных и зарубежных изданий, участвует в межрегиональных проектах, снимает документальные фильмы. Сфера интересов: информационные технологии, социальные медиа, гражданская журналистика. yana.israelyan@digital.report

1 комментарий

Написать ответ

Send this to a friend
Перейти к верхней панели