Digital Report

Соратник Ассанжа и Сноудена Джейкоб Эпплбаум о мире тотальной слежки

Wikipedia / Tobias Klenze / CC BY 3.0

Американский правозащитник, хакер и специалист по компьютерной безопасности Джейкоб Эпплбаум (Jacob Applebaum) относит себя к поколению «шифропанков». Мастер шифрования, он сотрудничал с Джулианом Ассанжем, вместе с которым работал над Wikileaks. Эпплбаум – один из тех, кто получил доступ к архиву документов Эдварда Сноудена. Сегодня 32-летний интернет-активист борется против правительств стран, которые осуществляет массовку прослушку граждан. После того, как за Джейкобом стали охотиться американские правоохранительные органы, он уехал в Германию. В интервью Digital.Report Эпплбаум рассказал, как бороться с тотальной прослушкой и как сохранять конфиденциальность в Сети.

Ярый борец за право на конфиденциальность частной жизни в Глобальной паутине, Эпплбаум выступает против тотального наблюдения со стороны государства и пропагандирует использование шифровальных программ. Уже много лет он является лицом и символом одной из них. Программное обеспечение TOR создано для анонимного общения в Интернете. Благодаря ему создатели Wikileaks сохраняют инкогнито. TOR взят на вооружение правозащитниками и диссидентами со всего мира. Проект финансируют корпорация Google, Комитет по правам человека ООН, индивидуальные доноры, а также правительства США и Германии, что, тем не менее, не мешает Эпплбауму критиковать власти и их подход к тотальному наблюдению за гражданами своих стран.

Джейкоб, вы активно выступаете за использование шифровальной программы TOR. Расскажите, что это за проект?

TOR – это проект некоммерческой организации, посвященный защите прав человека, вернее, одному из фундаментальных, на наш взгляд, прав – тайне личной жизни и праве на конфиденциальность. Мы производим бесплатное программное обеспечение и помогаем запустить его. Люди по всему миру пользуются нашими шифровальными программами. С их помощью можно общаться в интернете и искать в Сети информацию, будучи уверенным, что за тобой не следят и твои данные не перехватывают. Впервые TOR запустили в 2002 году. Я подключился к проекту в 2004-ом. Сказать точно, сколько людей сегодня в мире им пользуются, сложно, но думаю, очень-очень много – можно предполагать, что несколько десятков миллионов людей по всему миру. По нашим данным, ежедневно около трех миллионов пользователей заходят в Сеть через TOR, но эти цифры меняются.

Есть ли у TOR конкуренты и аналоги?

Серьезного никого. У TOR есть ряд преимуществ. Он легок в использовании, работает со всеми существующими операционными системами – IOS, Linux, Windows. Мы постоянно его совершенствуем, следим за развитием новых технологий, которые можно применить для обеспечения безопасности в интернете. Некоторые используют  также VPN. Это тоже хороший способ защитить свои личные данные. А защищать их надо, потому что сегодня любой может их посмотреть – сделать это несложно. Проблема в том, что большинство людей не разбирается в технике. Представьте мир, где нас могут прослушивать и прослушивают. Если бы люди знали наверняка, что за ними наблюдают, многие изменили бы свое поведение. Так знайте – после терактов 11 сентября нас всех прослушивают.

Каждый раз, когда вы посылаете смс, делаете звонок или открываете браузер – знайте, это не конфиденциально и при желании про вашу переписку или разговор легко узнать. Наблюдение государства за тобой никогда не прекращается. Я работал с WIkiIeaks после 2010 года. Тогда пришлось вообще всех подозревать, потому что казалось, что все вокруг связаны со спецслужбами. Сейчас я не могу звонить, не думая о том, что меня прослушивают. Я потерял доверие к системе, к спецслужбам, которые иногда действуют вне закона. При этом тебя не уведомляют, что за тобой следят или что наблюдение прекращено. Почему я должен быть уязвим? У меня к спецслужбам одно требование – когда вы хотите за мной следить, пожалуйста, предупреждайте меня об этом. Каждый раз. Тогда я смогу оспорить ваше решение в суде, если посчитаю его несправедливым.

Вы говорите, что TOR обеспечивает безопасную передачу данных, но технологии развиваются. Так ли уж сложно расшифровать зашифрованную информацию?

Да, теоретически зашифрованную переписку можно расшифровать. Но, во-первых, это нелегко сделать технически, плюс на это нужно разрешение суда. Во-вторых, использование TOR нарушает расстановку сил и ставит определенные барьеры перед теми, кто вас «слушает». Например, я и мои единомышленники используем шифровальные программы и живем в мире, который практически свободен от массового наблюдения.

Возможно, надо говорить об ограничении массового наблюдения, а не полной его отмене? Ведь иногда оно помогает, например, найти преступников? Где проходит грань между безопасностью и свободой – особенно сейчас, когда в мире так остро стоит угроза терактов?

Я считаю такую постановку вопроса неверной. Смотрите, перед парижскими терактами в ноябре, я уверен, вся Франция была под массовой слежкой. Телефонные звонки, метадаты, запросы в поисковике – власти мониторили весь интернет. Что это дало? Ничего. Массовое наблюдение не защитило от терактов. Люди стали в интернете менее свободными, но не стали более защищенными. Так что ставить вопрос «безопасность vs. личная жизнь» — неверно. Я смотрю на это следующим образом: вы или, скажем, кто-то другой, не можете сказать мне, что вот прямо сейчас в целях безопасности я должен публично раздеться, ведь так? И дело тут не в вопросе конфиденциальности, а в достоинстве и свободе действий. Нам нужен выбор. Хотим ли мы, чтобы нас массово прослушивали? Хотим ли мы потерять свободу и конфиденциальность в Сети в обмен на ничто? Ответ, мне кажется, ясен – нет, мы этого не хотим. Значит, нам нужны защищенные системы. TOR обеспечивает безопасную передачу данных, потому что интернет сегодня этого не гарантирует.

Думали ли Вы о том, что мессенджерами и браузерами, которые позволяют оставаться анонимными, могут воспользоваться в том числе и террористы?

Да, я понимаю, что шифровальными программами могут пользоваться все, и террористы тоже. Но, думаю, хороших людей гораздо больше, чем плохих, и их частная жизнь должна быть неприкосновенна. А у государственных силовых структур есть много других средств обеспечивать безопасность простых граждан. Им следовало бы лучше работать в этом направлении.

В каких странах больше всего востребованы криптопрограммы?

Проблема отсутствия свободы в интернете актуальна по всему миру.

Спецслужбы прослушивают своих граждан во всех странах, а это значит, что права человека регулярно нарушаются. Ошибочно думать, что в странах развитой демократии ее нет. Да, возможно в США и Европе ситуация лучше, чем в развивающихся странах, но все же и там используют компьютерные технологии для незаконного сбора данных. Когда я занимался WIkilIeaks, спецслужбы отслеживали меня, как подозреваемого в терроризме, хотя я всего лишь занимался журналистской работой. Я вот даже бороду отпустил. Так что TOR нужен везде – и везде по разным причинам.

Иметь гарантию сохранности информации личного характера должен иметь каждый, независимо от того, в какой стране он живет. Единственная возможность избежать спежки – пользоваться криптованием. Да, TOR не идеален, есть проблемы, которые надо усовершенствовать, но он уменьшает шансы навредить нам. А желающих это сделать – много. Крупные корпорации, программы-шпионы, криминальные организации, правительства недружественных стран – все они сегодня осуществляют незаконный сбор данных. Используйте TOR – порой это единственный шанс оставаться анонимным. Или Signal-Messenger. Только используя его вы будете уверены, что никто не получит доступ к вашим данным – списку контактов, фотографиям, переписке.

Вы говорите о сохранности личных данных, но с другой стороны есть социальные сети, где люди часто сами их выкладывают…

Да, это интересный феномен. Интернет – с одной стороны, благо. Он облегчил коммуникацию между людьми, дал им возможность связываться с кем угодно и когда угодно. Крупные корпорации создали системы, которые создают у людей ощущение легкости и безопасности такой связи. Но это ловушка. Интернет небезопасен. Социальные сети – это западня, в которой наши личные данные и наши профили попадают третьей стороне. А эта третья сторона использует их без нашего разрешения в своих целях и даже зарабатывают на этом деньги – так, что вы даже не в курсе. Поэтому не стоит обвинять Facebook или Twitter– сами пользователи тоже должны понимать, что, размещая в соцсетях личную информацию, они, тем самым, разрешают большим компаниям распорядиться ею не всегда добросовестным образом.

Вы жили в США, теперь переехали в Германию. Как бы вы сравнили ситуацию с кибербезопасностью в Америке и Европе?

Я уже три года живу в Германии. Мне кажется, ситуация с правами человека и в Европе не очень хорошая – вот, например, недавно некоторые французские правые политики призвали проводить упреждающие аресты мусульман. Но сравнивать Европу с Америкой или какой-то другой страной – бесполезное дело. Нужно думать о том, что сегодня волнует людей в Европе. Мы сейчас с вами находимся во Франции – а что сегодня волнует французов? Тема мигрантов. Что делать с беженцами? Зачем нужно селить их в изолированные лагеря? Такое не должно происходить в демократической стране. И это уж точно не остановит терроризм. Потому что люди, которых селят в эти лагеря – действительно беженцы. И они сами бегут от терроризма.

Когда я смотрю на все это, думаю о том, что нам надо вернуться в открытое демократическое общество – в общество, где мигрантов будут защищать и интегрировать, способствовать их коммуникации с обществом, а не запугивать. Я сейчас отошел от темы интернета, но сегодня в Европе это актуальная проблема. Тотальная слежка никак не способствует демократии, а наоборот, приносит вред обществу – это показывает история Европы на протяжении последних ста лет. Старый Свет не впервые сталкивается с угрозой терроризма. Это бывало и раньше. Совет Европы, Европейский суд по правам человека – само существование этих организаций доказывает, что угроза терроризма существовала всегда. Просто мы усвоили старые уроки. Но, видимо, нехорошо усвоили.

Вы сказали, что надо возвращаться к демократическому обществу. Как предлагаете это сделать?

Решить это можно только радикальным путем – отменить негласное наблюдение. Полностью. Мы с единомышленниками создали команду Engineering Task Group. Если вы хотите сделать интернет более безопасным и надежным, мы открыты к сотрудничеству. Даже если вы не занимаетесь технологиями – нам нужны люди, которых волнуют проблемы защищенности в Сети. Мы готовы помочь вам изучить криптографию, потому что это один из путей выхода из ситуации. Но не главный. Надо менять существующее законодательство и принимать политические меры. В борьбе за право на конфиденциальность может участвовать каждый из вас. Тогда мы сможем выиграть войну за тайну личной жизни.

Exit mobile version
Перейти к верхней панели