Расширенный поиск

Краткое содержание

Интерес к вопросу управления Интернетом подогревается вниманием средств массовой информации к киберпреступности, глобальной слежке, коммерческому шпионажу, кибератакам и угрозам критически важным национальным инфраструктурам.

Многие государства решили, что им требуется больше контроля над Интернет-технологиями и основополагающими принципами. Другие страны, подчеркивая положительные аспекты этих технологий, утверждают, что должны по-прежнему преобладать традиционные системы управления Интернетом, которые они называют «многостороннее участие», и с которыми они связывают успех Интернета.

В этой статье мы рассмотрим подход с участием всех заинтересованных сторон в историческом контексте, как он на протяжении многих десятилетий применялся в других областях. Затем, мы рассмотрим многостороннее управление Интернетом.

Дается три рекомендации. Во-первых, мы предлагаем упростить управление Интернетом путем расчленения его на вопросы, которые могут быть решены в рамках существующих международных учреждений, и на все остальные, среди которых — вопросы присвоения имен, маршрутизации, безопасности и стандартизации. Эти вопросы, прежде всего, являются техническими, но в них есть и политическое измерение. Во-вторых, органам, занимающимся техническими или связанными вопросами (таким, как Интернет-корпорация по присвоению имен и номеров (ICANN), мы рекомендуем добавить надзорный уровень с многосторонним участием, который может принимать или отклонять позицию этих органов, но не изменять ее. В-третьих, работа существующих международных организаций, занимающихся решением других вопросов, должна быть изменена таким образом, чтобы получать отклик от Интернет-сообщества посредством многосторонних консультативных процессов. С учетом этих изменений управление Интернетом может стать более всеобъемлющим и управляемым, при этом сохраняя свои самые ценные качества.

Введение

Интерес к вопросу управления Интернетом неуклонно возрастает с момента создания Интернет-корпорации по присвоению имен и номеров (ICANN) в 1998 году, и в настоящее время обсуждается на многих международных форумах. Всемирная встреча на высшем уровне по вопросам информационного общества (ВВУИО), состоявшаяся в 2003 и 2005 годах, была знаковым событием.

В пункте 24 Тунисской программы ВВУИО 2005 года, содержится следующее рабочее определение управления Интернетом:

«Рабочее определение управления использованием Интернет означает разработку и применение правительствами, частным сектором и гражданским обществом в рамках исполнения ими своих соответствующих ролей общих принципов, норм, правил, процедур принятия решений и программ, которые формируют условия для развития и использования Интернет».

Генеральный секретарь ООН создал Форум по управлению Интернетом как ответвление ВВУИО, и он ежегодно проводится с 2006 года. Форум является важной площадкой, где тысячи участников обмениваются идеями по вопросам управления Интернетом, но не обладают правом давать рекомендации.

В 2013 году ведущие организации, отвечающие за глобальную координацию технической инфраструктуры Интернета, встретились в Монтевидео (Акплоган и др., 2013 г.) и «определили необходимость постоянной работы над сложностями, возникающими в отношении управления Интернетом, и согласились активизировать работу в рамках всего сообщества для обеспечения развития глобального сотрудничества в сфере Интернета с участием многих сторон».

После этой встречи, в апреле 2014 года в Бразилии была проведена NETmundial – всемирная конференция различных заинтересованных сторон по вопросу будущего управления Интернетом (ICANNWiki, 2014 год). Результатом этого мероприятия стал набор принципов и дорожная карта развития Интернета, которые были одобрены большинством участников, но не Китаем, Индией или Россией. Они предпочитают «государство-центричный подход к управлению Интернетом под эгидой ООН» (Корвин, 2014 год).

Один из принципов управления Интернетом, выработанных в ходе процесса NETmundial, гласит: «Управление Интернетом должно быть основано на демократических процессах с участием всех заинтересованных сторон и должно обеспечить реальное и подотчетное участие всех заинтересованных сторон, включая правительства, частный сектор, гражданское общество, техническое сообщество, научное сообщество и пользователей».

В настоящее время, модель участия всех заинтересованных сторон широко освещается как предпочтительная модель управления Интернетом. Белый дом одобрил ее в Международной стратегии для киберпространства 2011 года, а обе палаты Конгресса США утвердили в конце 2012 года. ICANN характеризует себя как организацию с участием всех заинтересованных сторон (ICANNWiki, 2014 год), а Международный союз электросвязи (МСЭ) в документе Всемирного форума по политике в области электросвязи 2013 года (ВФПЭ) заявил, что «члены МСЭ в своих полномочных резолюциях признают основанную на принципах ВВУИО модель управления с участием всех заинтересованных сторон в качестве основы для глобального управления Интернетом» (Supporting Multi-stakeholderism in Internet Governance, 2013).

Учитывая то, какую известность получил вопрос управления Интернетом с участием всех заинтересованных сторон, важно понять, что означает это понятие, изучить его сильные и слабые стороны, и понять, как лучше реализовать его. Для мирового сообщества будет неблагоразумно принять эту форму управления таким важным глобальным ресурсом, как Интернет, в отсутствие полного понимания этих вопросов.

Инициативы по управлению с участием всех заинтересованных сторон являются привлекательными, поскольку они могут обеспечить альтернативу между крайностями политики невмешательства и государственного регулирования, развивая сотрудничество между неправительственными организациями и корпорациями в форме саморегулирования. К сожалению, нет общепринятого определения управления с участием всех заинтересованных сторон. Концепция начала использоваться как средство для развития сотрудничества в решении таких социальных проблем как возобновляемость природных ресурсов и защита трудящихся в развивающихся странах.

Далее, мы рассмотрим краткую историю управления Интернетом; общие исследования инициатив с участием всех заинтересованных сторон; и изучим текущее состояние проблем управления Интернетом. Мы также подробно рассмотрим вопросы управления Интернетом и дадим пояснения по нашему предлагаемому упрощению управления Интернетом через распределение вопросов среди существующих международных органов. Для технических вопросов мы рекомендуем, если у существующего органа есть политический уровень (как в ICANN), оградить технические решения от изменений на политическом уровне. Для нетехнических вопросов управления Интернетом мы рекомендуем добавление компонентов участия всех заинтересованных сторон в международные органы, ответственные за вопросы управления Интернетом.

Краткая история управления Интернетом

Истоки Интернета, как научно-исследовательского проекта DARPA, хорошо известны. Популярность ARPANET и его преемника, сети Интернет, привела к его распространению в мире. Появилась Инженерная рабочая группа Интернета (Internet Engineering Task Force (IETF), как площадка для исследователей для обсуждения и продвижения новых сетевых технологий без участия руководителей программ из DARPA. Возник Консорциум мировой сети (World-Wide Web Consortium (W3C), чтобы выполнять аналогичную роль для веб-технологий. Следует отметить, что для реального участия в работе этих органов требуются глубокие знания соответствующих технологий.

IETF создал неформальную, но хорошо выстроенную систему для обеспечения своей работы. Его рекомендации отражены в тысячах документов, называемых Запросами для обсуждения (Request for Comments (RFCs). RFC 7154 содержит кодекс поведения Инженерной рабочей группы Интернета, а именно, что участники должны оказывать уважение и быть вежливыми друг к другу, вести объективные дискуссии, быть готовыми внести свой вклад и работать вместе для выработки решений для глобальной сети Интернет. Запрос для обсуждения де-факто становится стандартом, если он широко принят многими поставщиками.

Открытая, инклюзивная, прозрачная и незапретительная философия, которая лежала в основе создания Интернет-технологий, способствовала участию инженеров в их развитии, а пользователей — в создании веб-контента.

Структура управления Интернетом сложна и имеет много участников. Примечательно то, что она надежно обслуживает население, которое по оценкам насчитывает более трех миллиардов пользователей. В свете этого, попытки заменить важные части нынешней системы управления должны делаться с большой осторожностью. Другой вывод состоит в том, что Интернет-пространство, скорее всего, слишком сложно, чтобы находиться в ведении одной организации. Оно хорошо функционирует благодаря опыту, распределенному среди многих участников.

Что представляет собой управление Интернетом с участием всех заинтересованных сторон?

Термин управление с участием всех заинтересованных сторон используется для Интернета с 2004 года. Маркус Куммер определяет его как средство «политического диалога, в котором все заинтересованные стороны участвуют на равных» в рамках процесса, который прозрачен и открыт для всех (Куммер, 2013).

«В то время как участие всех заинтересованных сторон в Рабочей группе по управлению Интернетом и Форуме по управлению Интернетом означало и означает, что все заинтересованные стороны принимают участие на равных, также понятно, что в большинстве организаций, как межправительственных, так и других, существуют определенные структуры для осуществления процессов принятия решений» (Куммер, 2013).

По словам Лоуренса И. Стриклинга (Lawrence E. Strickling), руководителя Национального управления по телекоммуникациям и информации (NTIA) Министерства торговли США, «процесс с участием всех заинтересованных сторон… включает в себя полное участие всех заинтересованных сторон на основе консенсусной выработки решений и работу в открытом, прозрачном и подотчетном виде».

В этих определениях не указаны принципы создания организаций с участием всех заинтересованных сторон кроме того, что они должны быть открытыми, прозрачными и инклюзивными. Они не определяют, как должны идти процессы, помимо того, что «заинтересованные лица участвуют на равных», и что решения должны приниматься «на основе консенсуса». Указанные упущения ставят под сомнение, создают ли эти описания процессов с участием всех заинтересованных сторон достаточное основание, на котором можно выстроить глобальную систему управления Интернетом. Рассмотрим инициативы с участием всех заинтересованных сторон в иных областях.

Исследование общих примеров управления с участием всех заинтересованных сторон

Мину Хеммати (Хеммати, 2002) говорит, что процессы с участием всех заинтересованных сторон использовались в течение многих десятилетий для решения проблем в различных областях, включая биотехнологии, корпоративное поведение, энергетику, гендерное неравенство, туризм, трудовые отношения, горнодобывающую промышленность и устойчивое развитие. Она отмечает, что процессы с участием всех заинтересованных сторон доносят информацию до лиц, принимающих решения, обеспечивают поддержку решений, ищут пути решения проблем и побуждают заинтересованные стороны брать на себя ответственность в решении вопросов.

Этот подход был эффективен во многих социальных, политических, экономических и технических условиях, особенно когда возникающие проблемы являются качественно новыми, быстро изменяющимися и обременены важными социальными и культурными измерениями. В этих условиях правительства, как правило, действуют медленно. Через взаимодействие в рамках процесса с участием всех заинтересованных сторон можно быстро получить доступ к кадрам, необходимым для решения сложных новых проблем.

После изучения 20 различных процессов с участием всех заинтересованных сторон, Хеммати (Хеммати, 2002) определяет их как «процессы, которые направлены на объединение всех основных заинтересованных сторон в новой форме общения, в поиске (и, возможно, принятии) решений по конкретному вопросу. Они также основаны на признании важности достижения равенства, справедливости и подотчетности в процессе общения и обмена взглядами между заинтересованными сторонами.

Они строятся на демократических принципах прозрачности и участия и нацелены на развитие партнерских связей и укрепление взаимодействия между заинтересованными сторонами». Она также говорит, что «процессы с участием всех заинтересованных сторон охватывают широкий спектр структур и уровней участия. Они могут представлять собой обсуждение политики или расширяться и включать в себя поиск консенсуса, принятие и реализацию практических решений… Таким образом, процессы с участием всех заинтересованных сторон бывают разными по форме».

Она предупреждает, что «процессы с участием всех заинтересованных сторон не являются универсальным инструментом или решением всех вопросов, проблем и ситуаций. Они больше похожи на новый тип взаимодействия в системе выработки решений и структурах и процессах управления. Они подходят для тех ситуаций, когда возможен диалог, и где уместно и возможно прислушаться, согласовать интересы и интегрировать мнения в общие стратегии решения». Цитируя Кадер Асмал в вопросе выбора между обсуждением и прямыми действиями, она предупреждает нас: «Зачастую процесс становится запутанной, рыхлой, раздражающей и разваливающейся какофонией. Как и плюралистическая демократия, он является самой худшей формой поиска консенсуса за исключением всех остальных».

Хеммати (Хеммати, 2002) отмечает, что создание процессов с участием всех заинтересованных сторон требует принятия решений, касающихся Секретариата, физической поддержки организации, финансирования, отчетности и документации, связей с общественностью и вопроса наличия и способа связи с официальным процессом принятия решений. Более конкретно она отмечает, что необходимы решения по широкому спектру вопросов, в том числе:
a) определение проблем, которые предстоит решать;
b) принятие решения о том, какие заинтересованные стороны должны быть приглашены;
c) проводится ли участие только по приглашению, открыто для всех или для ограниченного числа представителей от каждой заинтересованной стороны;
d) установление сроков для осуществления действий;
e) подготовка совещаний;
f) связь между заинтересованными сторонами, например, через онлайн, местные, региональные или более широкие совещания;
g) устранение неравенства в возможностях между заинтересованными сторонами вследствие разного уровня опыта или доступа к средствам;
h) необходимость и/или способ вынесения рекомендаций и/или решений (необходим ли консенсус?);
i) условия, при которых прекращается деятельность процесса с участием всех заинтересованных сторон.

Вальехо и др. (Вальехо и Хаузельманн, 2004) отмечают, что возникли многие неправительственные организации и бизнес-инициативы, которые занимаются добровольным негосударственным «нормотворчеством, сертификацией и маркировкой, коллективными соглашениями для формирования политики в конкретных областях, мерами по управлению цепями поставок или… выработкой правил поведения». В то время как их анализ инициатив с участием всех заинтересованных сторон является не таким всеобъемлющим, как у Хеммати, они отмечают, что жизнеспособность подобных инициатив в значительной степени зависит от их легитимности и эффективности. Они приводят определение легитимности 1955 года по Зухманну как «обобщенное восприятие или предположение, что действия субъекта желательны, верны и приемлемы в некоторой социально выстроенной системе норм, ценностей, убеждений и определений».

В продуманном и глубоком исследовании 2012 года, ван Хёйстэ (Хёйстэ, 2012) предлагает стратегическое руководство для общественных организаций, которые намерены участвовать в инициативах с участием всех заинтересованных сторон, призванных помочь корпорациям в экологически рациональном использовании природных ресурсов. Она предлагает рекомендации в отношении многих аспектов организации инициатив с участием многих заинтересованных сторон. В своем исследовании она заявляет, что необходимо понимать возможную роль правительств, так как «инициативы с участием многих заинтересованных сторон по самой своей природе являются гражданскими инструментами (или, с точки зрения бизнеса, саморегуляцией)». «Роль государственных органов может заключаться в поощрении, созыве участников, содействии или финансировании инициатив с участием всех заинтересованных сторон, но они, скорее всего, не станут обсуждать стандарты с общественными организациями или представителями бизнеса». Она также говорит, что «в долгосрочной перспективе, инициативы с участием всех заинтересованных сторон могут использоваться как экспериментальные механизмы, которые начинаются в виде добровольных инициатив, но постепенно трансформируются в государственную политику и регулирование». Далее мы переходим к анализу управления Интернетом.

Сфера управления Интернетом

Большинство предложений по управлению Интернетом с участием всех заинтересованных сторон включает в себя слишком много тем. Это видно на примере Форума по управлению Интернетом, прошедшего в 2014 году в Стамбуле. Обсуждались вопросы доступа к Интернету, свобода выражения мнений, безопасность детей, конфиденциальность, экономика открытого Интернета, развертывание IPv6, доступность Форума для лиц с ограниченными возможностями, «право быть забытым», гендерные вопросы, изменение климата, Интернет вещей, права человека, общественный доступ к библиотекам, мобильный Интернет и безопасность, надежность и устойчивость сети Интернет.

Чтобы решить проблему управления Интернетом, ее необходимо упростить. В своем предисловии (к Капур, 2005) Винт Серф обращает внимание на эту проблему: «За некоторыми исключениями, большинство вопросов государственной политики, связанных с Интернетом, лежат вне компетенции ICANN и могут и должны быть решены в других местах. Например, проблема спама, в том числе в системах обмена мгновенными сообщениями и интернет-телефонии, может быть успешно решена только с помощью правовых средств, хотя есть некоторые технические меры для фильтрации нежелательных сообщений, которые могут быть предприняты интернет-провайдерами (ISP) и конечными пользователями. Аналогично, такие виды мошенничества как «фишинг» и «фарминг» лучше всего решать с помощью правовых средств. Проблема защиты интеллектуальной собственности отчасти может быть решена через Всемирную организацию интеллектуальной собственности (ВОИС) и коммерческие споры в рамках Всемирной торговой организации (ВТО) или с помощью альтернативных методов разрешения споров, таких, как посредничество и арбитраж». Ниже мы рассмотрим разделение управления Интернетом на отдельные темы. Но перед этим мы обратим внимание на проблемы существующего состояния управления Интернетом.

Современное состояние управления Интернетом

В управлении с участием всех заинтересованных сторон задействованы стейкхолдеры, которые, опираясь на свой опыт и энтузиазм, создают новые технологии или веб-контент. Этот процесс не только более гибкий, чем действия государств, он также способствует внедрению инноваций и стимулированию экономики. Тем не менее, мы должны критически проанализировать как его восприятие, так и его сильные и слабые стороны.

Посол Филипп Вервир сделал следующее заявление, выступая в Центре стратегических и международных исследований (CSIS) по теме «Геополитика управления Интернетом» 23 мая 2013 года:

«У нас в действительности нет определения процесса с участием всех заинтересованных сторон. Я склонен думать о нем как о своего рода этосе инклюзивности, который с точки зрения понятия не предусматривает ничего другого, кроме указания направления [выделено нами]. Мы должны попытаться добиться инклюзивности в той степени, в которой это возможно. Но существует множество особых ситуаций, в которых мы должны попытаться прийти к гораздо лучшему пониманию того, как мы собираемся обеспечить участие, и какие могут быть пределы широкого участия».

Как рассматривается ниже, основными недостатками управления Интернетом с участием всех заинтересованных сторон являются:
1. Отсутствие правил работы с участием всех заинтересованных сторон;
2. Воспринимаемое отсутствие подотчетности;
3. Слабая легитимность с точки зрения многих государств;
4. Неравномерность участия заинтересованных сторон, не являющихся поставщиками технологий.

Для управления Интернетом не существует формальных правил проведения встреч с участием всех заинтересованных сторон. Несмотря на то, что Инженерная рабочая группа Интернета представила нормы хорошего поведения, их механизмы принуждения сводятся к ограничению списков рассылки рабочей группы или давлению со стороны общественности — наказаниям, которые редко применяются. Это было приемлемо, поскольку работа Инженерной рабочей группы Интернета является добровольной, как и ее «стандарты». Если человек не может добиться рассмотрения идеи в группе, он может пойти на другие форумы или создать свой, где его мнение может быть услышано, а «стандарт», возможно, принят.

Хотя ICANN характеризует себя как организацию с участием всех заинтересованных сторон, ее устав не содержит правил проведения совещаний с участием всех заинтересованных сторон. Нет и положений для вынесения предложений на рассмотрение или для оспаривания кандидатур, которые предлагаются, например, Комитетом по назначениям. Аналогичным образом, хотя Комитет по назначениям выбирает 8 из 16 членов совета ICANN и членов других организаций ICANN, он не публикует свои методики отбора. Таким образом, регламент не отвечает на главный вопрос — как выбираются люди для работы в ICANN. Это способствует воспринимаемому отсутствию легитимности ICANN.

Для реализации функций Администрации адресного пространства Интернета (IANA) был заключен контракт ICANN с Министерством торговли США. В то время как некоторые государства раскритиковали эту связь, некоторая критика может прекратиться, ввиду того, что США планируют отказаться от своего контроля над функционированием IANA. Государства также выразили несогласие с некоторыми утвержденными ICANN Общими доменами высшего уровня.

Джим Льюис в недавней публикации (Lewis, 2013) комментирует легитимность управления Интернетом в целом [выделено нами]:

«Существующий подход к управлению Интернетом является политически несостоятельным, потому что ему не хватает легитимности в глазах многих новых интернет-пользователей».

«Источником легитимности в существующей модели управления являлись технические знания. Сейчас это замещается политическими процессами. В то время как существующая неформальная модель с участием всех заинтересованных сторон должна быть преобразована… по-прежнему неясно, что придет на смену этим процессам… есть реальный риск, что любое изменение может привести к тому, что Интернет станет менее свободным… инновационным и… полезным для народов мира».

В этой статье мы говорим, что организация является легитимной, если является эффективной, подотчетной и соответствует общепринятым ценностям и ожиданиям. Под эффективностью мы понимаем успешное достижение желаемых результатов при минимизации нежелательных последствий. Эта характеристика предполагает наличие как гибкости, так и эффективности. Под подотчетностью мы понимаем, что организация обладает прозрачностью и последовательностью. (Андреас Шедлер говорит об этих признаках, как «подотчетности» и «обеспечении исполнения». [Schedler, 1999]) Прозрачность означает, что члены организации, участники, граждане, или их представители, могут наблюдать за тем, что делается от их имени. Последовательность означает, что есть предсказуемые и единообразные санкции против ненадлежащего поведения тех, кто осуществляет полномочия от имени учреждения. Соответствие ценностям означает воплощение все более общепринятых ценностей и ожиданий, в том числе инклюзивности, участия и взаимности. Только в том случае, если институты управления будут демонстрировать эти характеристики, люди начнут им доверять и легитимизируют их. А в условиях «глобальной деревни» легитимность становится необходимой для успешного выполнения государством своих функций.

Все национальные правительства, будь они демократическими или авторитарными, хотят участвовать в управлении Интернетом. Некоторые государства обеспокоены проблемами информационной безопасности, то есть контентом, который угрожает стабильности государства. Для других важны права человека; они обеспокоены, что государственная слежка вышла из-под контроля и необходимо ввести ограничения для информационных агрегаторов и поисковых сервисов. Третьи утверждают, что свобода выражения мнений является основополагающим фактором полной реализации преимуществ Интернета. На этих основаниях ведется дискуссия по вопросам управления Интернетом.

Каким вопросам, связанным с Интернетом, необходимо управление?

Было множество призывов (Серф (Капур, 2005 г.) и Кастро и Аткинсон (Castro&Atkinson, 2014) упростить управление Интернетом путем передачи ответственности по отдельным вопросам политики соответствующим организациям. По этой проблеме Лаура Де Нардис говорит: «Такой вопрос, как ‘кто должен контролировать Интернет — Организация Объединенных Наций или какая-либо другая организация’, не имеет смысла. Правильный вопрос подразумевает определение того, какая форма управления является наиболее эффективной в каждом конкретном контексте» (DeNardis, 2014, P226). Джозеф Най отмечает, что существует большая совокупность киберрежимов для решения многих вопросов, которые составляют управление Интернетом (Джозеф Най, 2014).

Най (Joseph Nye, 2014), Кастро и Аткинсон (Castro&Atkinson, 2014), и Де Нардис (DeNardis&Raymond, 2013) предлагают категории, на которые расщепляется управление Интернетом. Мы решили разложить его на следующие пять вопросов:
1. Вопросы сети
2. Управление контентом
3. Права человека
4. Киберпреступность
5. Кибератаки

Вопросы сети относятся к тем аспектам, которые имеют центральное значение для правильной работы Интернета. Они включают в себя присвоение имен и маршрутизацию, управление трафиком, сетевую безопасность, технические стандарты и торговые марки.

Хотя ICANN в целом хорошо справлялся с функцией присвоения имен, звучали призывы к укреплению его легитимности. Ввиду того, что Национальное управление США по телекоммуникациям и информационным технологиям (NTIA) объявило, что готово отказаться от контроля файла корневой зоны, подотчетность ICANN перед сообществом находится в стадии обсуждения. В рамках этого обсуждения мы предлагаем, чтобы Независимая комиссия по проверке также стала независимой от ее Правления, а также в ней было обеспечено представительство государств, но, при этом, необходимо ограничить ее полномочия, например, функциями выделения и перераспределения Общих доменов верхнего уровня и надзора за развертыванием стандартов DNS и BGP, а также за ключами, используемыми в обеспечении безопасности DNS и BGP. Управление трафиком в основном является национальным вопросом. Технические стандарты обрабатываются удовлетворительным образом более 200 организациями по всему миру и не нуждаются в изменении. Их принятие определяют рыночные силы. Вопросы, связанные с торговыми марками, которые возникают при распределении доменных
имен, можно продолжать решать ситуативно в текущем порядке или посредством Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), если возникнет общая проблема.

Управление контентом включает в себя неприкосновенность частной жизни, фильтрацию передаваемых данных (для предотвращения детской порнографии, спама или конкурирующих услуг, таких как VoIP), безопасность хранящейся и передаваемой информации, и локализацию данных.

Защита главным образом является национальным делом. Она становится международной проблемой, когда государство требует от местного провайдера обеспечить доступ к частной информации на компьютерах в иностранном государстве. Такие вопросы могут быть решены через Генеральную Ассамблею ООН (ГА ООН) или Всемирную торговую организацию (ВТО).

Государства оставляют за собой право контроля нежелательного контента, например, спама или детской порнографии. Трансграничное управление контентом является деликатным вопросом, когда возникает конфликт между такими национальными ценностями, как свобода слова и государственная безопасность. Когда возникают разногласия, Совет по правам человека является хорошим местом для их первичного обсуждения.

Интернет-провайдеры могут играть полезную роль в снижении спама. На самом деле, в их интересах делать это. Обмен между провайдерами Интернета передовым опытом по таким вопросам может осуществляться с помощью таких организаций, как сообщество Интернет или Форум групп реагирования на происшествия и обеспечения безопасности (FIRST).

Обеспечение безопасности хранимых данных в значительной степени является частным делом. Этот вопрос становится государственным, когда рассматриваемые данные касаются большей части граждан. Некоторые страны настаивают на локализации данных. Обеспечение безопасности передаваемой информации является как национальным, так и международным вопросом.

Этот вопрос является внутренним, когда информация передается только внутри сетей на территории одного государства. Он становится международным, когда информация пересекает границы, и когда она зашифрована. ВТО может быть лучшим местом для решения таких вопросов.

Государства заинтересованы в защите международных коммуникационных ресурсов, от которых они зависят, таких, как системы подводных кабелей. МСЭ является хорошим местом для обсуждения этого вопроса.

Права человека включают свободу выражения мнений и убеждений, экономические, социальные и культурные права, право на самоопределение и развитие, неприкосновенность частной жизни и наблюдение.

Вопросы, связанные с правами человека, могут в общем виде решаться внутри стран или через Совет по правам человека. Некоторые вопросы, такие как наблюдение, являются внутренними и международными. На международном уровне местом решения этих вопросов может быть ГА ООН.

Киберпреступность включает в себя преступления на почве ненависти, кибернасилие, детскую порнографию, мошенничество, хищение денежных средств и интеллектуальной собственности, хищение личных данных, получение несанкционированного доступа, повреждение оборудования и программного обеспечения, повреждение данных, повреждение физических систем, контролируемых с помощью Интернета, нарушение сетевого трафика и другие подобные деяния.

Учитывая глобальный охват Интернета, каждый из этих вопросов является внутренним и международным. Хотя Конвенция Совета Европы о киберпреступности действует в более чем 40 странах, такие важные государства, как Китай или Россия, не приняли ее. Тем не менее, эти страны осуществляют обмен некоторой информацией по киберпреступлениям. Региональные и международные организации, неправительственные организации, ШОС и комитеты ГА ООН являются площадками для дальнейшего расширения сотрудничества в этой области.

Кибератаки являются деятельностью, осуществляемой посредством телекоммуникационных сетей и которая причиняет серьезный ущерб государствам, национальным интересам или критически важным национальным инфраструктурам. Последние являются ресурсами, доступными через Интернет, необходимыми для функционирования современного общества, такими как газ, электричество, вода, пища, государственные и финансовые услуги, производство и медицинские учреждения. Учитывая, что посредством кибератак национальной экономике может быть нанесен серьезный ущерб, страны должны принять меры, чтобы уменьшить риск возникновения подобной ситуации.

Первый комитет ГА ООН является подходящим местом для противодействия этим угрозам. Другие места включают в себя площадки, отмеченные Джозефом Наем (Joseph Nye, 2014), такие как G7, G20 и ОЭСР, группы государств и региональные организации подобные Совету Европы и Шанхайской организации сотрудничества.

Существуют другие вопросы управления Интернетом, которые не решаются никаким международным органом, например, безопасность цепи поставок. Для них государства должны попытаться либо расширить мандат таких существующих организаций, как Всемирная торговая организация, или заключить договора о взаимной юридической помощи.

Некоторые вопросы управления Интернетом носят в первую очередь технический характер. Такие вопросы должны принимать во внимание мнение технических экспертов. Политики не должны изменять технические рекомендации. Например, Софаэр и др. (Sofaer et al., 2010) предлагают ИКАО в качестве модели для управления Интернетом. ИКАО регулирует гражданскую, но не военную авиацию. Самое главное, что в ИКАО контроль над стандартами остается у профессионалов, а не политиков. Другими моделями могут быть Международная организация труда (МОТ), которая в настоящее время рассматривается Институтом Восток-Запад, и организации Красного Креста / Красного Полумесяца, которые в настоящее время рассматриваются комиссией Бильдта.

Управление с участием всех заинтересованных сторон было наиболее эффективным при развитии Интернета. Соответственно, по мере того как вопросы управления Интернетом переносятся в новые или существующие международные организации, в них должна быть интегрирована консультативная функция с участием всех заинтересованных сторон. Должны быть предоставлены новые возможности участия для Интернет-сообщества в широком смысле — в том числе правительств, гражданского общества, бизнеса, научных кругов и влиятельных Интернет-пользователей.

Выводы и предложения

Вопрос управления Интернетом нуждается в упрощении и уточнении. Следуя примеру других, мы рекомендуем упростить его путем разделения на темы, которые могут быть переданы существующим международным органам, таким, как СПЧ, ВОИС, ВТО, МСЭ, СЕ, а также государственным объединениям и региональным органам. Если этим организациям не хватает экспертных знаний об Интернете, это можно исправить. Технические вопросы в основном могут быть решены техническими организациями.

Когда существующие организации занимаются вопросами управления Интернетом, мы рекомендуем им использовать консультативные единицы с участием всех заинтересованных сторон, чтобы понять их мнение. Для многих технических и связанных с ними вопросов, в которых есть политическое измерение, мы рекомендуем добавление небольшого, тщательно организованного надзорного слоя с ограниченными полномочиями для проверки технических или смежных решений. Этот дополнительный слой будет обладать прозрачностью методов работы и независимостью членства. Он будет обладать правом одобрять или не одобрять, но не изменять технические или относящиеся к техническим решения технической организации. Небольшая организация с участием всех заинтересованных сторон может заняться созданием этого независимого надзорного слоя с участием представителей ключевых государств в киберпространстве, а также представителей корпораций, некоммерческих и технических организаций.

Ключевой вопрос заключается в том, будут ли государства составлять большинство или множество (Бразильский Руководящий комитет Интернета (www.CGI.br) является моделью для такого органа).

Библиография

1. Akplogan, A., Curran, J., Wilson, P., Housley, R., Chehade, F., Arkko, J., Jaffe, J. (2013). The Montevideo Statement on the Future of Internet Cooperation.
2. Castro, D., & Atkinson, R. (2014). Beyond Internet Universalism: A Framework for Addressing Cross-Border Internet Policy, The Information Technology & Innovation Foundation. Retrieved from The Information Technology & Innovation Foundation website: http://www2.itif.org/2014-crossborder-internet-policy.pdf
3. Corwin, P. (2014). NETmundial Multistakeholder Statement Concludes Act One of 2014 Internet Governance Trifecta, Circle ID. (May 3, 2014). Retrieved from the Circle ID website: http://www.circleid.com/posts/20140504_netmundial_multistakeholder_statement_concludes_act_
one_of_2014/
4. DeNardis, L., & Raymond, M. (2013). Thinking Clearly about Multistakeholder Internet Governance. Retrieved from the Social Science Research Network, SSRN 2354377: http://ssrn.com/abstract=2354377
5. DeNardis, L. (2014). The Global War for Internet Governance. New Haven: Yale University Press.
6. Hemmati, M. (2002). Multi-stakeholder Processes for Governance and Sustainability: Earthscan Publishing.
7. Huijstee, M. v. (2012). Multi-Stakeholder Initiatives: A Strategic Guide for Civil Society Organizations, The Social Science Research Network, SSRN 2117933. Retrieved from the website:Social Science Research Network, SSRN 2117933. http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=2117933
8. ICANNWiki. (2014). Multistakeholder Model. Retrieved from the ICANN website: http://icannwiki.com/index.php/Multistakeholder_Model
9. IETF. (2014). The IETF Process: an Informal Guide, IETF. Retrieved from their website: http://www.ietf.org/about/process-docs.html
10. Joseph Nye, J. (2014). The Regime Complex for Managing Cyber Activities, The Global Commission on Internet Governance. Retrieved from the Global Commission on Internet Governance their website: https://www.ourinternet.org/
11. Kapur, A. (2005). Internet Governance: A Primer: Reed Elsevier, India.
12. Kummer, M. (2013). Multistakeholder Cooperation: Reflections on the emergence of a new phraseology in international cooperation, Internet Society. Retrieved from their website: http://www.internetsociety.org/blog/2013/05/multistakeholder-cooperation-reflections-emergence-new-phraseology-international
13. Lewis, J. A. (2013). Internet Governance: Inevitable Transitions (Vol. 4): The Centre for International Governance Innovation. Retrieved from their website: https://www.cigionline.org/publications/2013/10/internet-governance-inevitable-transitions
14. Schedler, A. “Conceptualizing Accountability” The Self-Restraining State: Power and Accountability in New Democracies. Ed. Andreas Schedler, Larry Diamond, and Marc F. Plattner. Boulder and London: Lynne Rienner Publishers, 1999. 13–28.
15. Sofaer, A. D., Clark, D., & Diffie, W. (2010). Cyber Security and International Agreements. Proceedings of a Workshop o Deterring Cyberattacks: Informing Strategies and Developing Options for U.S. Policy, 179 — 206,
National Academies Press. Retrieved from their website: http://www.nap.edu/openbook.php?record_id=12997&page=179
16. Strickling, L. (2013). Moving Together Beyond Dubai, blogpost, The National Telecommunications and Information Adminstriation. Retrieved from http://www.ntia.doc.gov/blog/2013/moving-together-beyond-dubai
17. Vallejo, N., & Hauselmann, P. (2004). Governance and Multi-Stakeholder Processes, The International Institute for Sustainable Development s. Retrieved from the International Institute for Sustainable Development website: http://www.iisd.org/pdf/2004/sci_governance.pdf
18. WSIS. (2005). Tunis Agenda for the Information Society, International Telecommunications Union. Retrieved from the International Telecommunications Union website: http://www.itu.int/wsis/docs2/tunis/off/6rev1.html

Джон Э.Сэвидж
Университет Брауна (США)
Брюс В.Макконнелл
Институт Восток-Запад (США)

Материал подготовлен на основе доклада, представленного на Одиннадцатой научной конференции Международного исследовательского консорциума информационной безопасности в рамках международного форума «Партнерство государства, бизнеса и гражданского общества при обеспечении международной информационной безопасности», 20-23 апреля 2015 года г.Гармиш-Партенкирхен, Германия.

Об авторе

John Savage

Professor Savage earned his PhD in Electrical Engineering at MIT in 1965 specializing in coding and communication theory. In 1979 he co-founded the Department of Computer Science and served as its second chair from 1985 to 1991. He is a Fellow of AAAS and ACM, a Life Fellow of IEEE, and a Guggenheim Fellow. He is a recipient of a Fulbright-Hays Research Award. He served as a Jefferson Science Fellow in the U.S. State Department during the 2009-2010 academic year. He is a Professorial Fellow of the EastWest Institute.

Написать ответ

Send this to a friend

Перейти к верхней панели