Расширенный поиск

Лиана Дойдоян возглавляет Центр свободы информации. Она основала его в  2001 году вместе с сестрой Шушан Дойдоян (ныне – Инспектор по защите персональных данных), группой журналистов и юристов. Центр продвигает идею доступной и свободной информации. За годы работы он зарекомендовал себя как верное принципам учреждение. Лиана Дойдоян рассказала Digital.Report, почему коммуникация армянского государства с гражданами идет медленными темпами и как можно исправить положение.

Вы много лет исследуете прозрачность работы госструктур. Насколько сегодня они открыты с точки зрения доступности публичной информации?

Должна сказать, что армянский закон довольно требователен в этом смысле – ведомства обязаны предоставлять гражданам полную информацию о своей работе. Недавно мы закончили проект мониторинга прозрачности работы государственных  структур при поддержке Фонда Secdev. Изучили 37 вебсайтов – правительства (18 министерств и 8 агентств) и 10 областных администраций с точки зрения соответствия закону о свободе информации. Хотели выяснить, до какой степени ведомства проактивны, то есть насколько они открыты и прозрачны по собственной инициативе, а не по запросам граждан. Результаты анализа – тут. Признаться, они огорчили. Оказалось, что сайты областных администраций прозрачнее, чем даже сайт правительства, который не выполняет собственных решений и требований закона о прозрачности. Сравнительно открыты также Министерство защиты окружающей среды и Минздрав. Среди «закрытых» – новосозданное Министерство энергетики и природных ресурсов, Главное управление гражданской авиации, Комитет по управлению государственным имуществом, Кадастр, Комитет ядерной безопасности. Хуже всего ситуация в Минюсте. Самое грустное для меня – это плохое состояние сайта правительства (gov.am). Возьмем часть, касающуюся бюджета. На сайте Министерства юстиции выложены данные по выполнению бюджета только за 2014-2015 годы. Похожая ситуация и у других министерств. В отличие от них областные администрации (марзпетараны) публикуют четкую, подробную и оперативную информацию. Кроме самого факта публикации информации, мы оцениваем также ее «свежесть» «полезность». Последнее особенно касается цифр. Часто бюджет выкладывают в pdf-файлах – такой документ бесполезен, так как оттуда нельзя копировать цифры, а значит, нельзя их проанализировать. Мы настаиваем, что выкладывать такую информацию надо в excel-файлах.

Часто госструктуры отвечают на запросы коротко, одним предложением. К примеру, отправляем запрос по служебным автомобилям – сколько их, каковы расходы на их содержание и ремонт, сколько тратится бензина и так далее. Эта информация не относится к секретной – более того, она должна быть выложена в публичном доступе и без запросов. Отправляем запрос из 5 пунктов – отвечают только на один, допустим, что на балансе, к слову, 10 машин. Это нарушение закона.

Прописывает ли все эти нюансы закон?

Армения – член инициативы OGP (Open Government Partnership).У OGP строгие рекомендации относительно того, в каком виде госведомства должны предоставить публично важную информацию. Рабочая группа, в которую входили несколько неправительственных организаций, в том числе и мы, совместно с правительством разработала Action Plan. В его рамках правительство обещало принять единый стандарт формата публикации документов. Однако пока выполнять обещания не спешат – многие ведомства заявляют, что их финансирования недостаточно, чтобы периодически обновлять сайт в соответствии с новыми требованиями.

Какие существуют способы заставить их подчиняться закону?

Обжаловать в суде – за непредоставление информации или предоставление неполноценной информации. Мы часто прибегаем к этому способу – надо реагировать и создавать прецеденты. У нас более 50 судебных дел, 80% которых нами выиграны. Мы столько раз обращались в суд, что теперь на наши запросы госструктуры отвечают, но если обращается обычный гражданин, могут не ответить. Часто журналисты просят нас оформить их запрос на нашем бланке, чтобы увеличить вероятность ответа. Раз в квартал публикуем на нашем сайте «черный список» ведомств, которые не выполняют закон. Ежегодно в Международный день свободы информации проводим награждение «Золотой ключик» – награждаем самое открытое и самое закрытое ведомство «золотым ключом» или «ржавым замком». Регулярно в черных списках оказывается парламент. Еще один постоянный фигурант черного списка – Служба национальной безопасности. Обычно после его публикации мой телефон долгое время разрывается от звонков – звонят ведомства, попавшие в «черный список». Как-то даже спецслужбы приглашали на встречу, но я отказалась идти.

Насколько активно сами граждане пользуются правом получить информацию?

Это проблема – одна из самых важных. Мы внедрили много новых механизмов, но люди мыслят по-прежнему. В обществе –  проблема отсутствия запроса, общественной активности, осознанных требований, основанных на законе. Когда мы на встречах с общественностью говорим о свободе информации, люди спрашивают: «Что нам делать, когда мы идем получать документы, а нас посылают по инстанциям туда-сюда? Мы вынуждены давать взятку, чтобы ускорить дело и не терять зрявремя». Я в таких случаях всегда привожу примеры из своей жизни. Как я поступаю, когда, допустим, надо сделать ребенку паспорт? Я заранее отправляю запрос руководителю паспортного отдела – запрашиваю, какие документы нужны для получения паспорта. Выжидаю положенный по закону срок (5-10 дней), получаю ответ и иду с ним в «паспортный стол». Если там у меня требуют документ, которого в списке необходимых бумагнет, я просто достаю официальный ответ государственного ведомства – и вопрос закрывается. То же касается других служб.

Чтобы получить нужный документ, они требуют все новые и новые «бумажки», иногда доводя людей до истерики. Выход один – идти, вооружившись законом.

Но обычные люди не так подготовлены юридически… 

Конечно. Но это уже дело журналистов и общественных организаций. Их работа – оповещать людей и объяснять, что им делать в тех или иных ситуациях. Я тоже не всегда знаю, как поступать, но я, по крайней мере, знаю, где искать информацию – на сайтах, у знакомых, в профильных организациях. Особенно плохо дело – в провинциях. Но ситуацию надо менять. Знание правил и законов – очень важно. Когда люди ихне знают, власти этим пользуются. Сколько бы они ни заявляли о своей прозрачности, чувствуется, что им невыгодно, чтобы граждане были информированы. Вряд ли какое-либо правительство вообще этого хочет, поскольку это ограничивает свободу их действий.

Почему люди пассивны, почему предпочитают не тормошить госслужбы, как считаете?

Большинство вообще не знает, что имеет право отправить запрос. Есть и доля страха, нежелания вмешиваться непонятно во что – они думают, чем дальше от политики, тем лучше. Таким легче дать тысячу драм взятки, чем встревать в конфликт.Особенно это касается сферы здравоохранения – некоторые недобросовестные клиники пользуются тем, что люди не знают, какие услуги платные, а какие бесплатные. Чтобы не выяснять отношения и не ввязываться в разбирательства, люди платят, не вникая в суть дела. Но пациент должен быть информирован заранее о том, что требовать от клиники – объявления о платных или бесплатных услугах должны быть вывешены в медицинских учреждениях на видных местах. Все это проблема менталитета. Наша основная задача – информировать людей о своих правах.

Над какими проектами работаете сейчас?

Сейчас работаем над проектом «Доступ к информации для лучшего управления и вовлечения общества». Запустили его при поддержке Посольства США в Армении. Хотим активнее взяться за улучшение ситуации в сфере публичной информации, планируем провести общественные слушания на эту тему, чтобы привлечь другие заинтересованные стороны и организации.

В целом, проектов сейчас мало. Сегодня главная проблема для НПО-сектора – работа с донорами. Их активность в поддержке гражданского общества ослабла. Нашими основными донорами были USAID, EU, фонд Сороса, Всемирный Банк. Сейчас они предпочитают работать напрямую с властями. Тенденция сотрудничества с правительством наметилась с момента присоединения Армении к ЕАЭС. Такое изменение подхода заметно по отношению не только к нам – ко всем общественным организациям.

Почему международные организации поменяли свой подход?

На мой взгляд – это моя личная точка зрения – они не считают активизацию гражданского общества в Армении необходимой. Так как новое правительство поменяло направления, возможно, международные организации хотят понять, в каком векторе идут новые власти. Раньше тема свободы информации была одним из важных направлений для доноров. Сейчас развитие гражданского общества им не так интересно – они больше концентрируются на борьбе с коррупцией, на проблемах горнорудной/добывающей промышленности и работе с правительством.

Может быть, потому в армянском гражданском обществе все не так уж плохо?

К сожалению, это не так – проблемы есть. Еще в 2015 году мы довольно активно разрабатывали законодательные инициативы в сфере свободы информации с ОБСЕ, но сейчас они практически ушли из региона. ОБСЕ работало с министерствами, подключили и нас, должны были начаться работы по вовлечению гражданского общество, но потом все застопорилось. Вообще проблема в том, что общественные организации в подготовке законов не участвуют. Закон готовится, а гражданское общество не в курсе. Это вопрос не финансирования. Власти не понимают, что надо дать высказаться НПО-сектору.

Об авторе

Яна Исраэлян

Журналист, редактор (Тбилиси, Грузия). Окончила Школу Журналистики при «Радио Свобода» и Школу медиа-менеджмента (Киев). Изучает политологию на магистратуре в грузинском Государственном университете Ильи. В разное время работала на телевидении и радио, в газетах и журналах. В 2008 году получила приз UNFPA в номинации «Лучшая статья». Сотрудничает с рядом местных и зарубежных изданий, участвует в межрегиональных проектах, снимает документальные фильмы. Сфера интересов: информационные технологии, социальные медиа, гражданская журналистика. yana.israelyan@digital.report

Написать ответ

Send this to a friend

Перейти к верхней панели